бесплатно рефераты скачать
  RSS    

Меню

Быстрый поиск

бесплатно рефераты скачать

бесплатно рефераты скачатьРеферат: Антон Иванович Деникин - белый генерал

длинную пограничную полосу, прежде охраняемую германским оружием. Оттуда

теперь грозила хлынуть волна красных частей.

Вскоре Донская армия покатилась назад. На очереди снова встал вопрос о едином

командовании всеми антибольшевистскими силами Юга России и общем плане

действий, исходящем из единого центра. Таким центром мог быть тогда или Дон,

или Добровольческая ар­мия.

Была причина, решавшая выбор в пользу Добровольческой ар­мии: союзные

правительства знали, что генерал Деникин сохранил им верность до конца. На

Донского же атамана Краснова они смот­рели как на вчерашнего приспешника

немцев.

Эти переговоры состоялись 26 декабря на станции Торговой. Де­никин и Краснов

не встречались с середины мая, со дня их совеща­ния в станице Манычской.

Взаимная антипатия дошла до такой сте­пени, что непосредственная переписка

между ними окончательно обо­рвалась, и сношения велись через третьих лиц.

Деникин признавал за Красновым несомненный дар администратора и огромную

энер­гию, которую атаман проявил, создав из ничтожных партизанских отрядов

значительную по тому времени и хорошо вооруженную ар­мию. Но Антона Ивановича

чрезвычайно коробил карьеризм Крас­нова.

Краснов отдавал отчет в безвыходности своего положения, неве­роятным

упорством старался выговорить для себя наиболее выгод­ные условия. Деникина

мучила мысль, провал переговоров мог тра­гично отразиться на судьбе Донского

фронта, и «одолевало искрен­нее желание прекратить это постыдное единоборство

какою угодно ценой».

Результатом мучительной встречи было официальное признание ге­нерала Деникина

Главнокомандующим Вооруженными Силами Юга России, звание, которое он принял

после подчинения ему Донской армии.

Деникину и Краснову больше не пришлось встретиться. Судьба, «столкнувшая их

так резко на широкой русской дороге», не сблизи­ла их и за долгие годы жизни

за границей. Во время второй мировой войны политический эмигрант Деникин,

находившийся под бдитель­ным надзором гестапо в оккупированной немцами

Франции, тем не менее, силой слова выступал против Германии, в то время как

поли­тический эмигрант Краснов, сотрудничая с нацистами, помогал им

формировать отряды из донских казаков и жестоко поплатился за свою

коллаборационистскую политику. По условиям договора, за­ключенного в Ялте

между Рузвельтом, Черчиллем и Сталиным, Крас­нов (как и многие другие

русские, надевшие немецкую форму и бо­ровшиеся против Советского Союза) был

выдан весной 1945 года британской армией советским представителям в

австрийском городе Лиенц и казнен в Москве в 1947 году.

В начале марта 1919 года Северный фронт Деникина растянулся в длину на более

чем 800 километров. Против 42—45 тысяч белых большевики сосредоточили пять

армий общей численностью около 130—150 тысяч штыков и сабель.

Положение Деникина было чрезвычайно серьезным. Но военное счастье,

сопутствовавшее большевикам на Украине и в Донской об­ласти в течение зимы и

ранней весны 1919 года, к маю вдруг изме­нило.

Кубанская конница Шкуро совершила рейд в тыл противника и, прорвав фронт у

Дебальцево, успешно двигалась на юг к Азовско­му морю. Под руководством

Главнокомандующего в конце апреля была проведена сложная операция в манычском

направлении, где 10-я армия красных угрожала тылу и сообщениям белых войск.

Кон­ница генерала Улагая, действуя на правом фланге армии, разбила степную

группу 10-й армии и красную кавалерию под начальством Думенко. Она захватила

в плен шесть советских полков с артилле­рией, обозами и штабами. Наконец,

генерал Врангель, поставленный во главе конной группы, нанес решительное

поражение неприятелю в районе Великокняжеской. К началу мая удалось вырвать

инициати­ву из рук красных.

Кавалерия была| главным козырем Деникина. Троцкий оказался одним из первых,

кто это понял.

«Перевес конницы в первую эпоху борьбы сослужил в руках Де­никина большую

службу и дал возможность нанести нам ряд тяже­лых ударов... В нашей полевой

маневренной войне кавалерия играла огромную, в некоторых случаях решающую

роль. Кавалерия не мо­жет быть импровизирована в короткий срок, она требует

специфи­ческого человеческого материала, требует тренированных лошадей и

соответственного командного материала. Командный состав кавалерии состоял

либо из аристократических, по преимуществу дворян­ских фамилий, либо из

Донской области, с Кубани, из мест прирож­денной конницы... В гражданской

войне составить конницу представ­ляло всегда огромные затруднения для

революционного класса. Ар­мии Великой французской революции это далось

нелегко. Тем более у нас. Если возьмете список командиров, которые перебежали

из рядов Красной армии в ряды Белой, то вы найдете там очень высо­кий процент

кавалеристов...» (28. С 188).

Красная конница в тот период была в зачаточном состоянии, и несомненная

заслуга Троцкого перед делом революции заключалась в том, что, провозгласив

лозунг «Пролетарии на коней», он способ­ствовал созданию мощного

кавалерийского кулака, который под наз­ванием Первой Конной армии в

дальнейшем ходе гражданской вой­ны сыграл решающую роль.

Троцкому не могла прийти мысль, что впоследствии среди бес­численных

обвинений во «вредительстве», выдвинутых против него Сталиным, будет

фигурировать факт, что якобы именно он, Троцкий, умышленно препятствовал

развитию красной кавалерии.

Наступление, длившееся почти шесть месяцев, сделало Деники­на главным и самым

опасным врагом советской диктатуры в период гражданской войны. К началу

октября он контролировал территорию в 820 тысяч квадратных километров, с

населением 42 миллиона чело­век, с линией фронта, шедшей от Царицына на Волге

через Воронеж, Орел, Чернигов и Киев до Одессы. Причем все перечисленные

горо­да были заняты белыми войсками.

К началу общего наступления деникинских войск в мае 1919 го­да Вооруженные

Силы Юга России состояли из трех армий: Добро­вольческой, Донской и

Кавказской и из нескольких самостоятель­ных отрядов. Командующим

Добровольческой армией был назначен генерал Май-Маевский, Донской армией

командовал генерал Сидорин, а Кавказской — генерал Врангель.

Успех деникинских войск вдоль всего фронта развивался с неве­роятной

быстротой. За первый месяц наступления, опрокидывая про­тивника,

Добровольческая армия продвинулась широким фронтом на 300 с лишним километров

в глубь Украины. 10 июня генералом Кутеповым был взят Белгород. 11 июня

добровольческие отряды захватили Харьков. 16 июня конные части генерала Шкуро

ворвались в Екатеринослав и вскоре завладели всем нижним течением Днепра. Тем

временем Кавказская армия генерала Врангеля двигалась на Царицын. Советская

власть называла тогда будущий Сталинград «красным Верденом» и клялась никогда

не сдать его противнику. 17 июня, прорвав красные укрепления, Кавказская

армия вор­валась в Царицын. Победа была огромная, ибо для советской власти

город Царицын имел совершенно исключительное значение, как

экономи­ческое, так и стратегическое. Он был конечным пунктом железной

дороги, шедшей через Северный Кавказ в Новороссийск. Он сое­динял Поволжье с

Черным морем: захват его лишал Центральную Россию доступа к нижнему течению

Волги и к Каспийскому морю. В Царицыне находились большие артиллерийские

заводы (орудийный и снарядный) и огромные склады всякого военного

имущества.Быстрое и успешное продвижение белых войск открывало пе­ред

генералом Деникиным необычайно большие перспективы.

Антон Иванович категорически отметал возможность остано­виться и закрепить за

собой рубежи. Считал, что всякая задержка может играть на руку противнику.

После захвата Царицына он ре­шил направить свои войска со всех отдаленных

друг от друга пунк­тов к центру России по линиям, сходившимся в одной точке —

Мо­скве.

В начале августа были заняты Херсон и Николаев; 10 августа за­хвачена Одесса;

17 августа — Киев. 7 сентября войска 1-го армейско­го корпуса, которым

командовал генерал Кутепов, заняли Курск;

17 сентября конница генерала Шкуро закрепилась в Воронеже; 30 сентября части

генерала Кутепова заняли Орел. Радостный перезвон московских колоколов уже

звучал в ушах белого командования.

Весной, летом и осенью 1919 года о генерале Деникине говорили повсюду. Одни —

с надеждой, другие — с ненавистью. Многие осуждали отсутствие определенной

программы в его дви­жении, критиковали позицию в вопросах политики и

государствен­ного управления. Одни тянули вправо, другие влево, но даже самые

строгие и резкие порицатели стратегии генерала Деникина умалчи­вали о нем как

о человеке.

Антон Иванович жил чрезвычайно замкнуто. Он твердо придер­живался точки

зрения, что его семейная жизнь отношения к делу не имеет. В том, что касалось

его деятельности, он рад был бы иметь под­держку в общественных кругах, но

политические партии отталкива­ли его своим партийным и классовым эгоизмом.

Правые круги от­стаивали интересы землевладельцев и торгово-промышленников. В

разум социалистов-революционеров и меньшевиков (после того, что случилось в

1917 году) он не верил. Антон Иванович считал, что они страдали атрофией

воли, «недержанием речи», и согласен был с по­койным атаманом Калединым,

сказавшим перед смертью, что Россия погибла от болтовни.

Теоретически власть генерала Деникина не имела ограничений, На деле же это

было совсем не так. Ему приходилось считаться с настроением офицеров, и это

сильно связывало руки. Обещание Де­никина не предрешать будущую форму

правления государства (формула, в которую он искренне верил) являлось в то же

время единст­венным лозунгом, который, по его мнению, мог удержать в рядах

армии и монархистов, и республиканцев.

Опасаясь стать орудием партийных интриг, Деникин замкнулся в себе. Он окружил

себя главным образом военными соратниками, которые вместе с ним видели

крушение советской власти в Пораже­нии и разгроме Красной армии. (28. С.

199).

Его одиночество смягчалось дружбой с начальником штаба Ива­ном Павловичем

Романовским. Оба были поглощены одними инте­ресами, радостями и печалями.

Времени для личной жизни не оста­валось.

Деникин власти не искал. Она случайно пришла к нему и тяго­тила. И он нес ее

как тяжелую обязанность, выпавшую на его долю. В мыслях уносился к жене,

которую редко приходилось видеть,— же­ланная личная жизнь вот уже почти сорок

семь лет проносилась ми­мо. Он мечтал об уединении, чтобы заняться всегда

привлекавшей его работой в области военной литературы и истории.

Жена Антона Ивановича, слабая здоровьем, частенько прихва­рывала. А он с

тревогой стареющего отца мечтал о сыне, которого мысленно уже окрестил

Иваном. О будущем Ваньке шли тихие бесе­ды с женой в те редкие вечера, когда

Антон Иванович бывал у себя дома в Екатеринодаре. О нем же писал он Ксении

Васильевне с фрон­та, из-под Ставрополя, из разных станиц, городов, деревень.

«Безмерно рад, если правда, что исполнится моя мечта о Вань­ке»,— писал он в

одном из этих писем. (28, с171). Однако Ваньке не суждено было появиться на

свет. Вместо него 20 февраля 1919 года родилась дочь Марина. Роды были тяж

елью. Врачи, опасаясь за жизнь Ксении Васильевны, телеграфировали генера­лу

на фронт, что, возможно, придется выбирать между жизнью не родившегося

младенца и жизнью матери. Они просили его указаний. Спеша, домой, мучаясь

догадками и неизвестностью, Деникин телег­рафно просил врачей сделать все

возможное, чтобы спасти жизнь жены. К счастью, все обошлось благополучно.

Антону Ивановичу хотелось со временем, «когда все кончится», приобрести

клочок земли на южнорусском побережье. Где именно, он не задумывался. Но

возле моря, с маленьким садиком и с неболь­шим полем позади, чтобы... «сажать

капусту». К этой «капусте» он часто возвращался в своих разговорах с женой и

друзьями. О скром­ных мечтаниях генерала Деникина сохранилось несколько

писем.

«Моя программа,— сообщил он однажды посетившей его группе представителей

кадетской партии,— сводится к тому, чтобы восста­новить Россию, а потом

сажать капусту». «Ох, Асенька,- писал он жене,---когда же капусту садить».

Антон Иванович был бессребреником в буквальном смысле слова. С юных лет он

свыкся с бедностью. Став правителем Юга России, Деникин начал опасаться,

чтобы его, не дай Бог, не обвинили в рас­точительности. В теплые весенние дни

1919 года он ходил в тяжелой черкеске, и на вопрос, почему он это делает,

Антон Иванович с пол­ной искренностью отвечал: «Штаны последние изорвались, а

летняя рубаха не может прикрыть их».

В начале 1919 года, несмотря на свое высокое положение, гене­рал Деникин

фактически влачил полунищенское существование. Же­на его сама стряпала,

а генерал ходил в заплатанных штанах и ды­рявых сапогах. По свидетельству

близко знавшего его тогда человека, Деникин из-за крайней своей честности

«довольствовался таким жалованьем, которое не позволяло ему удовлетворить

насущные по­требности самой скромной жизни». (28,с.288). С присылкой в

Новороссийск запасов английского обмундирова­ния проблема одежды утратила свою

остроту, и к началу лета Глав­нокомандующий смог привести свой гардероб в

порядок.

Привыкнув к аскетическому образу жизни, Антон Иванович и от офицеров своей

армии требовал того же. Профессор К. Н. Соколов, заведовавший у него отделом

пропаганды, писал в своих воспомина­ниях, что нищенские оклады обрекли этих

людей «на выбор между героическим голоданием и денежными злоупотреблениями».

(28.с. 223). «Если взятки и хищения,— писал он,— так развились на Юге

Рос­сии, то одной из причин тому являлась именно наша система голод­ных

окладов».

Скудные жалованья вызывали недовольство. Сравнивая их с бо­лее щедрыми

окладами донского и кубанского войск, Деникина ви­нили в скупости. Но

«скупость» он проявлял, прежде всего, к себе. В одном из неопубликованных

писем к жене (от 11 июля 1919 года) писал: «Особое совещание определило мне

12000 рублей в месяц. Вычеркнул себе и другим. Себе оставил половину (около 6

300 руб­лей). Надеюсь, ты не будешь меня бранить».

Было это в дни катастрофической инфляции, когда ничем не обе­спеченные

бумажные денежные знаки на глазах теряли свою и без того фиктивную ценность,

а все продукты дорожали каждый день. До этого повышения в жалованье Антон

Иванович получал всего ты­сячу рублей с небольшим в месяц, а его ближайшие

помощники еще меньше. По тем временам это были сущие гроши, на которые было

невозможно прожить.

Многие указывали Главнокомандующему, что «такое бережливое отношение к казне

до добра не доведет, что нищенское содержание офицеров будет толкать их на

грабежи». Но Главнокомандующий ожидал от своих офицеров «самоотверженной

скромности», но этот расчет, как и многие другие, оказался ложным.

«Нет душевного покоя,— с горечью писал он жене.— Каждый день—картина хищений,

грабежей, насилия по всей территории во­оруженных сил. Русский народ снизу

доверху пал так низко, что не знаю, когда ему удастся подняться из грязи.

Помощи в этом деле ни­откуда не вижу. В бессильной злобе обещаю каторгу и

повешение... Но не могу же я сам один ловить и вешать мародеров фронта...». (

41.с.221).

Антон Иванович думал личным примером жертвенности поднять до своего

морального уровня тех, кого он вел. Но это было возмож­но, и то лишь в

теории, до тех пор, пока армия состояла из добро­вольцев, которые, как и, сам

Деникин, шли на бескорыстный подвиг. Когда же (с начала 1919 года) армия

пополнилась огромным коли­чеством мобилизованных офицеров, солдат и пленных

красноармей­цев, одного морального воздействия было недостаточно, ибо многие

из них смотрели на гражданскую войну как на промысел, как на спо­соб личного

обогащения. Чтобы пресечь нарушения, надо было безжалостно применять

драконовские законы. А в твердом и суровом на вид генерале, чрезвычайно

требовательном к самому себе, не оказалось и следа той особой черты

характера, которая свойствен­на истинным диктаторам: расчетливо держаться за

власть и подчи­нять своей воле всех окружающих людей ценой каких угодно

при­нуждений и жестокости.

В своих воспоминаниях Антон Иванович отметил:

«Мы писали суровые законы, в которых смертная казнь была обычным наказанием.

Мы посылали вслед за армиями генералов, облеченных чрезвычайными

полномочиями, с комиссиями для разбо­ра на месте совершаемых преступлений. Мы

— и я, и военачаль­ники — отдавали приказы о борьбе с насилием, грабежами,

обиранием пленных и т. д. Но эти законы и приказы встречали иной раз упорное

сопротивление среды, не воспринявшей их духа, их вопию­щей необходимости.

Надо было рубить с голов, а мы били по хвостам». (28.с. 271)..И в этом

чистосердечном признании кроется один из ответов на вопрос, почему белое

движение на Юге России было обречено на неудачу.

Как рыцарь, описанный Сервантесом, Антон Иванович был отор­ван от

исторической действительности. Высокие принципы чести и совести мешали

Деникину найти правильное решение. Теория, как го­ворил сам Антон Иванович,

разошлась с практикой...

Его цельной натуре не был свойствен тот внутренний разлад, который так сильно

сказался в духовном облике русской интелли­генции прошлого века. И, тем не

менее, по складу своего ума, хара­ктера и темперамента он был типичным

русским интеллигентом, ли­беральным, образованным, идеалистом, искавшим в

жизни правду и справедливость, отрицавшим насилие. И эти черты, шедшие

вразрез с тем, что требовалось в борьбе не на жизнь, а на смерть с

диктату­рой Ленина, мешали Антону Ивановичу стать подлинным вождем.

Человек большого, но не гибкого ума, он поздно понял свои ошибки и, как

всегда, честно признался в них в своем пятитомном труде «Очерки русской

смуты».

Антон Иванович нежно любил свою супругу, оказывал ей всяческое внимание, но

не допускал и мысли, что она могла вмешиваться в его дела. Через несколько

лет жена стала верной помощницей свое­го мужа в его историко-литературных

трудах. Но в те ранние годы их семейной жизни молодость Ксении Васильевны

ограничивала ее положение в доме ролью приветливой хозяйки. Она разливала чай

и предлагала скромное угощение приходившим к ним гостям. По собст­венному

признанию, участия в общем, разговоре, обычно носившем политический характер,

она тогда не принимала, большинство гостей были старте хозяйки лет на

пятнадцать — двадцать и их интересы не затрагивали молодую женщину, ушедшую с

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7


Новости

Быстрый поиск

Группа вКонтакте: новости

Пока нет

Новости в Twitter и Facebook

  бесплатно рефераты скачать              бесплатно рефераты скачать

Новости

бесплатно рефераты скачать

© 2010.